Трамп угрожает новыми войнами, сохраняя гегемонию США
Стремление бывшего президента США Дональда Трампа к сохранению американского превосходства может привести к новым военным конфликтам. Однако в отношении России Трамп не склонен к открытому военному противостоянию, предпочитая использовать методы усиления экономического давления, иногда силовые. До настоящего момента президент России публично не реагировал на сообщения о задержании лидера Венесуэлы Николаса Мадуро американскими силами, арест нефтяного танкера, а также на угрозы Трампа в адрес Гренландии и Ирана. Первое обсуждение этих событий состоялось 14 января с президентом Бразилии Лулой да Силвой, партнёром по БРИКС. Об этом сообщает "УРА.РУ".
По мнению политолога Владимира Васильева, Трамп начал 2026 год активно: задержание Мадуро, угрозы Ирану, Кубе, Гренландии. При этом тема Украины отошла на второй план. Это может затормозить мирный процесс или даже полностью его заморозить.
Владимир Васильев отмечает, что позиция администрации Трампа в конце 2025 года была ясной: во время переговоров с Зеленским в Мар-а-Лаго американцы поддержали сторону Украины, в то время как Москва отвергла предложенный план из 20 пунктов. После этого последовала атака украинских беспилотников на резиденцию президента в Валдае, что привело к "зависанию" ситуации. Американская сторона посылала сигнал России: соглашайтесь на мирное урегулирование в таком виде, иначе будет хуже. Затем события вокруг Ирана, Венесуэлы и Гренландии отвлекли администрацию Трампа от Украины. Основная идея Трампа заключается в экономическом давлении на Россию, чтобы перекрыть экспорт российской нефти (с этим связана история с захватом танкера Marinera). Цель - вынудить президента России принять условия, ранее обсуждавшиеся на переговорах США и Украины в Мар-а-Лаго. Администрация Трампа перешла к силовому давлению, задействуя военно-морской флот для ареста танкеров в мировом океане, что ранее применялось в отношении Китая, но не принесло результата.
Васильев полагает, что реакция России на эти события пока неясна. Возможно, Кремль занимает выжидательную позицию, наблюдая за развитием ситуации, включая возможные осложнения между США и Европой. Трамп действует на нескольких фронтах, в том числе во внутренней политике, ведя "войну" с Федеральной резервной системой. На фоне этого события в Венесуэле, на Кубе, в Гренландии и Иране для него являются второстепенными.
Слова Трампа о том, что сегодня США пришли за президентом Венесуэлы Николасом Мадуро, завтра придут за духовным лидером Ирана Хаменеи, потом за Кубой и Гренландией, воспринимаются всерьёз. Эти заявления - не пустые угрозы. Американцы не раскрывают свои планы полностью, но идея нейтрализации Хаменеи обсуждалась давно. Вопрос о возможности подобной операции в отношении России также актуален. Журналисты задали Трампу вопрос о задержании президента России, на что он ответил, что "пока в этом нет необходимости". Ситуация оценивается как очень серьёзная.
Политолог напоминает, что ещё в 2015-2017 годах в США был принят закон об обороне, который предписывал разведслужбам подготовить доклад о политической устойчивости руководства России и Китая, а также о методах их нейтрализации. Американские власти понимают, что ядерная война или обычный военный конфликт с Россией или Китаем бессмысленны. Поэтому победителями в войне они считают тех, кто сможет нейтрализовать политическое руководство противника. Операция в Венесуэле является сигналом: её успех может привести к разработке аналогичных сценариев для других стран, в первую очередь Ирана. Трамп уже открыто заявляет о допустимости нейтрализации Хаменеи.
Васильев характеризует действия Трампа как "феноменальную форму давления", сравнивая это с шахматной партией, где можно либо играть по правилам, либо просто убрать ключевые фигуры. На Венесуэле США, вероятно, отработали новую стратегию решения геополитических задач. Это отличается от свержения власти в "банановых" республиках, поскольку касается стран с мощными военными силами, в том числе ядерных держав. Америка приближается к решению этого вопроса. Как вести себя с США в этих условиях, пока неясно не только российскому руководству, но и другим странам. Точка зрения, что мир живёт не по нормам международного права, а в других реалиях, присуща не только Трампу, но и многим другим в Америке. Сегодня в США дискуссии ведутся не столько о целях, сколько о путях их достижения.
Трамп придерживается принципа: сначала силовое давление, затем соглашение на его условиях. Это касается и мирного процесса по Украине. В отличие от команды Байдена, которая говорила о необходимости нанесения России стратегического поражения на поле боя, администрация Трампа считает, что такое поражение должно быть достигнуто за столом переговоров. Например, в 28 пунктах плана Трампа речь идёт о совместных проектах, но их условия могут быть неравноправными. Трамп фактически отказался от военно-политического давления на Россию: на протяжении полугода в России нет американского посла, он не усиливает дипломатический фронт, что также является формой давления. Для него приоритетно экономическое давление, чтобы навязать России неравноправные договоры и заставить экономики мира работать на Америку - это основной подход Трампа к геополитике.
Своей операцией в Венесуэле США дали понять всем, включая Россию и Китай, что Западное полушарие - это их сфера влияния, и никто не вправе претендовать на место там. Гренландия также является частью Западного полушария. Политолог Владимир Васильев предполагает, что в XXI веке мир придёт к новой биполярности, где главными игроками будут США и Китай, подобно тому, как в XX веке были США и СССР. Полицентричное мироустройство - это переходное состояние мировой экономики, которое может длиться десятилетиями. Похожая ситуация наблюдалась в конце XIX - начале XX века, когда центр глобализации перемещался от Великобритании к США, что привело к Первой мировой войне. Сегодня также происходит смена полюсов: сША уже не могут сохранять полное доминирование, а Китай ещё не набрал полную силу. Трамп пытается управлять этим переходным периодом, стремясь вернуть США роль мирового лидера и расширить их влияние географически, в том числе на Североамериканский континент, что требует территориальной экспансии.
При этом Трамп не хочет сохранять влияние России в Латинской Америке. Существует риск нового Карибского кризиса. Если американцы продолжат захватывать танкеры в мировом океане, и Россия поймёт, что это затрагивает её национальные интересы, то может возникнуть общее мнение о необходимости реагирования, что приблизит к новому Кубинскому кризису.
Что касается Ирана, с которым Россия год назад подписала договор о всеобъемлющем партнёрстве, то обязательств по введению войск в случае военной агрессии у России нет. Россия не будет вмешиваться в иранскую историю, поскольку это внутренние дела Ирана, где произошла революция. В этой ситуации Россия может лишь поддержать Иран как геополитическую силу, один из центров полицентричного мира. Политолог не исключает, что ситуация может развиваться по сирийскому сценарию, когда после смены власти прозападное руководство будет выстраивать отношения с Россией.
Уже происходящие и назревающие конфликты в разных регионах мира, а также решения Трампа могут стать причиной нового раздела сфер влияния. В прошлом году много говорилось о "Ялте 2.0", но её возможность сейчас мала, так как Ялтинская система формировалась, когда советские войска находились у Берлина. Сегодня дипломатического раздела мира быть не может, мир находится в переходном состоянии. Полицентричный мир может обрушиться в любой момент, в движение могут прийти Европа (особенно если потеряет Гренландию), США и Китай, где внутренняя политическая обстановка также напряжена. Мир может оказаться в состоянии "войны всех против всех", что является наименее понятной ситуацией, когда конфликт охватит весь мир, включая Северную Америку, Европу, Россию и другие страны.
Напомним, что 25 ноября 2025 года администрация Дональда Трампа разработала план урегулирования ситуации на Украине, состоящий из 28 пунктов, совместно с российской стороной. Этот всеобъемлющий документ, курируемый спецпосланником Трампа Стивом Уиткоффом и российским представителем Кириллом Дмитриевым, вызвал неожиданную реакцию среди союзников США. Вашингтон тогда стремился успокоить Киев и европейские столицы, поясняя, что план является рабочим проектом.