Признайтесь в своей ошибке: 10 слов из Конька Горбунка, которые мы все годы понимали совершенно неправильно
- 14:10 28 октября
- Любовь Павлова
Сказка Петра Ершова "Конёк-Горбунок" насыщена лексикой, которая современным читателем воспринимается превратно. За рифмованными строками скрываются реалии русского быта XIX века, диалектизмы и исчезнувшие из обихода понятия.
Некоторые привычные выражения имели совершенно другую семантику:
- Школить - означало не учить грамоте, а подвергать животных жесткой муштре и приучать к железной дисциплине. Глагол пришел в язык через польское szkoła и немецкое Schule.
- Мешкотно - синоним нерасторопности и промедления, родственный глаголу "мешкать" и слову "помеха".
- Сухотка - народное название туберкулеза или крайнего истощения организма. Реакция Ивана на Царь-девицу выражала опасение за ее слабое здоровье, поскольку худоба на Руси воспринималась как признак недуга.
- Плёс - в поморском и рыбацком арго означал мощный хвост крупной рыбы с плавником, а не только глубокий речной плес.
- Льзя - полноправное древнерусское слово со значением "можно" или "разрешено", от которого в современной речи осталась лишь отрицательная форма.
- Рядиться - вести переговоры о найме на службу и размере оплаты, а не подбирать праздничный наряд.
- Слить пулю - фразеологизм, указывающий на фабрикацию небылиц, навет и распускание фальшивых слухов.
- Ендова - приземистый деревянный или металлический сосуд с носиком, из которого на застольях разливали хмельные напитки.
- Решёточные - допетровская ночная стража, дежурившая у городских уличных преград (решеток) и ликвидировавшая первые возгорания.
- В жомах - механический винтовой пресс для отжима или столярные тиски, метафора мертвой хватки.
Понимание исторического контекста полностью меняет восприятие сказочных диалогов, возвращая им изначальную точность.
Ранее мы писали, как в XIX веке сословные нормы строго определяли список разрешённых имён для дворянства и крестьян. В привилегированной среде дочерей нарекали Аннами или Елизаветами, тогда как в деревнях выбирали простые формы вроде Фёклы или Акулины. Подобный социальный раздел соблюдался неукоснительно: поэт Николай Некрасов даже дал своей крестьянской жене Фёкле благородное имя Зинаида. Подробнее об этих сословных маркерах сообщало издание pg21.ru.