Родовые прозвища, от которых краснели даже бывалые бояре и которые старались скрыть при первой возможности

В Древней Руси фамилии в привычном понимании отсутствовали значительно дольше, чем в европейских странах. Основная масса населения обходилась личными прозвищами, которые фиксировали внешние недостатки, специфические черты характера или род занятий. Часто такие именования были подчеркнуто негативными, чтобы, согласно народным поверьям, обмануть нечистую силу и отвести реальную беду от человека.

Среди знатных родов встречались фамилии, которые сегодня воспринимаются как оскорбительные, например, Дураковы, Негодяевы или Безбразовы. В их основе лежали "мирские" имена, которые родители давали детям в качестве оберега. Считалось, что ребенка с именем "Дурак" или "Плохой" злые духи не тронут, посчитав его ценность ничтожной. Со временем эти охранные клички закрепились в официальных документах и стали наследственными.

Особую категорию составляли искусственные фамилии, которые придумывали учителя церковных семинарий. Если ученик не проявлял усердия или обладал скверным нравом, ему могли присвоить неблагозвучное родовое имя в наказание. К списку наиболее обидных относились те, что прямо указывали на человеческие пороки:

Разгильдяев - за хроническую лень и неорганизованность в учебе;

Грехов - за нарушение церковных канонов или провинности;

Подобострастный - за излишнее заискивание перед руководством учебного заведения.

Специфические фамилии также получали незаконнорожденные дети влиятельных особ. Чтобы обозначить кровную связь с родом, но при этом лишить преемника юридических прав на наследство, фамилию отца сокращали. Так, потомки князей Трубецких записывались как Бецкие, а дети Голицыных становились Лицыными. В социальной иерархии того времени подобные усеченные имена служили явным маркером происхождения вне официального брака.

Большинство крестьян в России обрели официальные фамилии только после отмены крепостного права в 1861 году. До этого момента в деревнях использовали лишь имена с добавлением отчества или временной клички. Лингвист Борис Унбегаун в своих исследованиях отмечал, что именно этот поздний процесс формирования имен привел к огромному разнообразию и порой абсурдности русских фамилий, сохранившихся до наших дней.