В КНР объяснили, почему партнерство с Россией не перерастет в военный союз

Историческое наследие, опасения по поводу участия в сторонних противостояниях и приоритет государственной независимости лежат в основе отказа Китая от оформления военного блока с Россией, об этом сообщает "МК".

Поводом для дискуссии послужило совместное коммюнике, подписанное по итогам визита Владимира Путина в Пекин в мае 2026 года. В тексте было зафиксировано, что двустороннее партнерство не подразумевает создания военно-политического союза, аналогичного структурам времен холодной войны. При этом две страны продолжают активно развивать экономические связи и остаются крупнейшими торговыми партнерами.

Авторы материала отмечают, что первый фактор базируется на опыте отношений КНР и СССР. Подписанный в 1950 году договор о дружбе и взаимной помощи изначально способствовал сближению, но в итоге не уберег стороны от идеологического и политического разрыва. Напряженность, переросшая в вооруженный конфликт в районе острова Даманский, наглядно продемонстрировала Пекину, что собственные интересы зачастую оказываются важнее обязательств перед союзниками.

Второй аспект имеет геополитическую подоплеку. КНР обладает сухопутными границами с 14 государствами, что вынуждает руководство страны учитывать интересы многочисленных соседей. По мнению аналитиков, официальный союз с Москвой мог бы спровоцировать рост недовольства со стороны других держав и вынудить Китай участвовать в спорах, затрагивающих Россию.

Последняя причина заключается в стремлении сохранить гибкость внешней политики. Отказ от жестких союзнических рамок дает Пекину возможность выстраивать диалог со всеми участниками международных отношений и самостоятельно формировать стратегический курс.

Решения о сотрудничестве, переговорах и прекращении отношений Пекин предпочитает принимать исходя из собственных интересов, - пишут авторы публикации.

Напомним, 7 сентября 2026 года Владимир Путин официально переименовал газопровод «Сила Сибири — 2» в «Силу Байкала». Данная инициатива была озвучена после встречи российского лидера с председателем КНР Си Цзиньпином на саммите ШОС в Бишкеке. Использование нового названия, по мнению китайских экспертов, подчеркивает стремление Москвы сохранить самостоятельность в реализации энергетических проектов.